Рубрики ///
Все (113) современное искусство (57) 16thline (35) выставка (25) ростов-на-дону (20) галерея современного искусства (15) художники галереи 16thline (13) интервью (11) арт-центр makaronka (10) граффити (9) театр (8) contemporary art (4) выставочное пространство (4) видео-арт (4) галерея 16thline (4) выставка заложники пустоты (4) фестиваль (3) музеи (3) gallery (3) фестиваль видео-арта (3) биографии (2) кирилл светляков (2) владимир анзельм (2) гео-гелиополис (2) 12-я стамбульская биеннале (2) интервью (2) дискуссия (2) бизнес (2) спектакли (2) выставка conflict (1) юрий шабельников (1) репортаж (1) соцарт (1) игорь михайленко (1) маша богораз (1) выставка тепло (1) еще теплее (1) театр 18+ (1) аренда (1) тимофей художник (1) арт-ярмарки (1) театр18 (1) современная драматургия (1) тимофей ерин (1) премьера (1) выставка гео-гелиополис (1) украшение красивого (1) анзельм (1) соня сухариян (1) плакаты (1) выставка украшение красивого (1) николай сванидзе (1) macallan (1) владимир вяткин (1) венецианское биеннале (1) анна титова (1) кирилл шаманов (1) move your line (1) элиотт эрвитт (1) графика (1) заложники пустоты (1) wine (1) после эрмитажа (1) паула модерзон-беккер (1) ворпсведе (1) искусство протеста (1) ardmore ceramic art studio (1) федор шурпин (1) андрей монастырский (1) сергей лучишкин (1) фотография (1) стамбул (1) 12-ая стамбульская биеннале (1) ольга свиблова (1) eylem aladogan (1) керамика (1) адриан эспарза (1) far and wide (1) инсталляция (1) гео-гелиополис]]], (0) андрей бильжо]], (0)

Интервью художника Александра Сигутина ///

08.09.2011 //
Интервью художника А

Интервью художника Александра Сигутина о том, какую роль играют лекции об искусстве в судьбе моряка, чем постмодернистское мировоззрение отличается от любого другого, и почему художник в России — это никто. 

Дмитрий Киричук (16thLINE) и Александр Сигутин (художник)

- С чего началось ваше знакомство с современным искусством? Его и сейчас мало кто знает, ценит и понимает, а в советское время, тем более, в Ростове, я думаю, был полный информационный вакуум.

- Про современное искусство я не знал совершенно ничего до 1975 года. Вернее, до этого момента мне почему-то казалось, что оно существовало только до революции и в голове при упоминании о современном искусстве всплывали картины передвижников. 

Христос в пустыне. Работа передвижника Ивана КрамскогоПохищение Европы. Серов Валентин АлександровичОзеро. Русь. Левитан Исаак Ильич

Так продолжалось до тех пор, пока я не поступил в мореходное училище и не попал на практику. Практику я проходил на учебном судне «Адмирал Лунин». Шел 1975 год, мне было тогда 15 лет, мы стояли в порту Жданова, и к нам пришла лекторша из общества «Знание», чтобы прочитать лекцию о современном западном искусстве.     

- Звучит слегка абсурдно. Зачем искусствоведу читать лекцию об искусстве юным морякам? 

- Была такая практика. Советская власть все-таки заботилась о просвещении своих граждан. По радио крутили классическую музыку, по телевизору часто транслировали спектакли, а в рабочие коллективы приходили разные люди и читали лекции. Некоторые лекции носили общественно-политический характер, а некоторые были достаточно интересные, просветительские. Что касается искусства, то зачастую это было, действительно, что-то о передвижниках. Но мне очень повезло: я попал на лекцию «О реакционном буржуазном искусстве модернизма». По-моему так она называлась. И эта тётечка рассказала нам о Сальвадоре Дали. Как сейчас помню картину, которую она показывала - «Предчувствие гражданской войны». 

Предчуствие гражданской войны. Сальвадор Дали

Еще мне очень понравились немецкие экспрессионисты - Отто Дикс, Георг Гросс, Грюндиг, Эрих Хеккель.

Кошмары Отто Дикса Эрих Хеккель. «Девушка, играющая на лютне».Работа немецкого экспрессиониста Г. Грос.  Портрет М. Г. Нейссе

Она показывала и других интересных авторов — Матисса, Сезанна, Пикассо. Но они мне понравились меньше. И вообще импрессионисты не взволновали. Все-таки эта живопись требует определенной подготовки. А у меня из всей подготовки была только поселковая школа. Но то, что я узнал и увидел как-то очень сильно на меня повлияло. 

Когда мы вернулись домой через месяц, я пошел в библиотеку на углу улицы Энгельса и проспекта Ворошилова и нашел там книгу «Философия и искусство модернизма». Автор Куликова.

Философия и искусство модернизма

Критика всего этого буржуазного искусства воспринималась смутно, а эволюция развития как-то в голове оседала. Мне все понравилось настолько, что я ее не только прочитал, но и законспектировал. Правда, все что касается философии в этой книжке, прошло мимо меня. Что такое концептуализм, например, я не понимал очень долго. Пока в Москву не приехал. 

Я тот же концептуализм представлял как некий умозрительный проект, который трудно осуществить. Например, есть такой художник Христо, который все предметы заворачивает. И у него идея весь земной шар завернуть. 

Христо Явашев и один самых масштабных его проектов

- Христо Явашев? Тот, который завернул Рейхстаг? Несколько его работ я недавно в Краеведческом музее в рамках какой-то выставки видел. 

- Возможно. Он поначалу реально заворачивал. Потом немного это дело коммерциализировал. Начал рисовать различные объекты и их заворачивал. Получались такие картины, где некоторые предметы завернуты. 

Кристо & Жан-Клод «Radio Flyer Wagon» 1973

- Точно, это он. 

- Вот с такого рода искусством я и столкнулся в Москве. В 70-х были такие художники Жигалов и Абалакова. 

Художники Жигалов и Абалакова

Они делали разные концептуалистские проекты, которые представляли собой текст на полторы странички с описанием трудно выполнимого проекта. Иногда они их даже осуществляли.  

- В то время, когда вы только познакомились с современным искусством, не было желания самому что такое исполнить или написать?

- Желание было. Я рисовал в блокнотиках и когда делал выпуск «Боевого листка». На этом все ограничивалось. Я себя как профессионального художника в то время еще не видел. Я все-таки вырос в среде очень далекой от искусства. Только когда я в 1978 году познакомился с Тер-Оганьяном, я впервые увидел живого, настоящего художника. И он даже стал моим другом.

Живой художник Авдей Тер-Оганьян

- Но потом-то вы учились в художественном училище? 

- Это было уже после мореходного училища. Я еще какое-то время плавал и в разных городах ходил в музеи. Например, в Гаване есть хорошая коллекция живописи. В том числе и с работами американских современных художников кубинского происхождения. Там я впервые увидел живые работы модернистов. До этого видел их только в книжках. Так что поступил на худграф я уже довольно взрослым человеком. Мне тогда был 21 год, и я уже был женат. 

- Ваше увлечение модернизмом не мешало вам во время учебы?

- Да нет. Я просто какие-то дисциплины, которые считал для себя не самыми важными, игнорировал. Не уделял большого внимания академическому рисунку. Но бунтовать я не собирался. Хотя некоторые курьезы случались. Например, после первого семестра первого курса я выставил однофигурную композицию, написанную почти с натуры. Там был изображен крупный пожилой мужчина в кепке и с кружкой пива. Заведующий кафедрой посмотрел на это сказал, что «художнику-студенту, который выполнил эту работу надо подумать о моральном облике своих героев, и что обычно такие студенты у нас до пятого курса не доучиваются». В то же время нельзя сказать, что меня в институте кто-то ломал. Просто по мере продолжения учебы и усложнения заданий, я все больше понимал, что я так писать не смогу. Просто не сумею. Это понимание укоренилось во мне настолько, что еще год после окончания худграфа я вообще не рисовал. Надо было как-то пережить все эти стереотипы живописи и композиции в голове. Год я  преподавал, и, глядя как рисуют дети, постепенно сам выздоровел и начал снова рисовать. 

- Все это время вы дружили с Авдеем Тер-Оганьяном и другими художниками или жили затворно?

- С Авдеем мы познакомились в 1978 году и с тех пор виделись практически каждый день.

Александр Сигутин и Авдей Тер-Оганьян

Потом уже, в 80-х, познакомился с Шабельниковым, с Кошляковым и другими ребятами. 

Валерий Кошляков

Мы рисовали, ездили друг к другу в гости, показывали свои работы. Потом эти человеческие отношения вылились в то, что появилась группа «Искусство или смерть», центром которой стали Авдей и Юра Шабельников. Юра, как сложившийся уже серьезный художник. А Авдей, как невероятно живой и энергичный человек.

А в 1987 году началась перестройка, прошел аукцион (то ли Sotheby's, то ли Christie's ), на котором прогремели наши нонконформисты, начались какие-то подвижки в Москве, где Авдей организовал несколько выставок ростовских художников.

- В Ростове в тот момент что-то происходило? Я имею в виду - модернисты как-то выставлялись? 

- Да. Выставки проходили на улице Горького в выставочном зале, в кооперативном туалете на Газетном и на Набережной. В 1987 году в Таганроге прошла одна или двухдневная выставка, которую организовал Юра Шабельников. 

Туалет на Газетном

- В туалете, который возле Садовой? Где когда-то был ресторанчик «Подвал поэтов» и где выступал «Председатель земного шара» Велимир Хлебников?

Да-да. Авдей сделал там две экспозиции — мужскую и женскую. Я был на этих выставках  в качестве зрителя. Мне все очень понравилось. Тогда же, чтобы как-то презентовать эти выставки, появился лозунг - «Искусство или смерть». Затем под этим лозунгом было проведено несколько громких выставок в Москве.       

Каталог работ товарищества

- Вы говорили, что мировоззрение художника-постмодерниста значительно отличается от мировоззрения художника, работающего в академической манере. В чем эти отличия?

- Я бы выделил три вида эстетики, так скажем. Классическую, модернистскую  и постмодернистскую. На уровне пластики у классической эстетики и модернисткой много общего. В модернисткой эстетики присутствует классическая композиция, понимание цвета  - приемы все те же, при внешнем кажущемся колоссальном различии. Постмодернистское миропонимание строится на колоссальном культурном багаже. Невероятно богатая европейская цивилизация в 60-е просто начала жонглировать и с юмором цитировать все свое наследие. 

- То есть постмодернизм - это коктейль из бесконечных аллюзий к тому что было? 

- Да. Причем, в игровой форме. До этого была эволюция. Каждая эпоха искала свой стиль, свои формы, своих героев. Внутри постмодернистской эпохи человек может легко сталкивать и комбинировать все эти формы и смыслы. 

- Получается, что и художник и зритель эпохи постмодерна должен быть очень просвещенным: чтобы цитировать какие-то произведения, их надо знать. 

- Безусловно. Не случайно все это родилось в европейской культуре, где уровень общего образования невероятно высок. У нас, к сожалению, ситуация обратная. На протяжении долгого времени страна уничтожала собственную интеллигенцию. Сейчас мы пытаемся вернуться даже не в советское время, а во времена Ивана Грозного. В итоге сегодня все острее поднимается вопрос: «Включена ли Россия в европейскую цивилизацию?» 

 Иван Грозный, во времена которого мы можем вернуться

- В искусстве этот вопрос тоже поднимается? 

- Да. Хотя художники стараются как-то эти связи поддерживать, а в обществе это откровенно чувствуется. Общий уровень бескультурья просто подавляет. По-моему, мы уже вообще стоим на грани пропасти. 

- Следует ли из этого, что искусство становится все более элитарным и отвечает требованиям заказчиков?

- Не знаю. Какой-то художник может угождать вкусам "новых русских", кто-то нет. Это частный случай. Проблема, на мой взгляд, в другом. Искусство становится все более отделенным от общества и государства, которое демонстрирует свое полное равнодушие по отношению к культуре. И эта пропасть становится все больше. Это беда. Мы впадаем в ситуацию одичания. Художник превращается в маргинальную личность. Его мнение никому не интересно и никого не интересует. Чиновник – это фигура. Искусствовед – это фигура. Писатель – фигура. А художник – никто! Хоть ты самого Кабакова из Нью-Йорка привези, его мнение в России – ничто. 

во время интервью

- Вы в разное время работали в разных жанрах – писали живопись, абстракции, устраивали перфомансы. Чем из всего этого вам было интереснее всего заниматься? 

В середине 80-х я работал как живописец. В начале 90-х я переехал в Москву на Трехпрудный переулок, где у нас была галерея. Тогда же мы поставили перед собой такую задачу, что живопись мы там выставлять не будем принципиально. Там мы старались делать некие интерактивные проекты – перфомансы, инсталляции, хеппинги. Некоторые из них проходили на улице. В частности, проект «Футуристы выходят ну Кузнецкий». Мы – всего восемь человек – вышли на улицу в костюмах, а в петлице пиджака у нас была деревянная хохломская ложка.

Футуристы выходят ну Кузнецкий

- Это тоже была «цитата» из наследия? Я, по-моему, уже слышал о такой акции, которую в еще начале века провели в Питере футуристы во главе с Малевичем. 

- Совершенно верно. Это была постмодернистская цитат на акцию Малевича и Матюшина, которую они провели в 1914 году, когда началась Первая мировая война и страна впала в патриотический угар. Тогда футуристы, парадируя этот квасной патриотизм, вышли на улице с деревянными ложками в петлицах. Это было воспринято как издевка и в прессе футуристам устроили настоящий разгром. Когда вышли мы, нас практически никто не заметил. 

Футуристы выходят ну Кузнецкий

- Это когда было?

- В 1992 году.

- Ну, тогда на улицах столько всего разного происходило, что сложно было чем-то удивить. 

- Да. Тогда на улицах были панки, хиппи, металлисты. А мы такие обычные люди в костюмах, в рубашечках с галстуками. Ну, ложка в петлице. Так ее не сразу и заметишь. В итоге мы долго ходили по Кузнецкому мосту. 

Футуристы выходят ну Кузнецкийe

Наконец, к нам подошла какая-то бабка и спросила: «Вы, наверное, партия Жириновского?». Это тогда была главная сила, которая эпатировала народ. 

Мне еще запомнилась демисезонная выставка. Осенью 1991 года на стенах галереи я разместил 32 крючка для одежды. Зрители приходили, вешали на крючки свою одежду и эта, собственно, и была выставка. Зрителей было много и разных. Висели и пальто, и плащи, и балоневые куртки, и шубы. Все разное по цвету, изменчивое. Выставка получилась динамичная и интересная. Для меня это был большой опыт в плане поиска новых форм, взаимодействия со зрителем. 

- В жанре видео-арта ничего не делали?

- Нет. Телевизор я недолюбливаю. Я вообще не силен в технике. Не вожу машину, с трудом пользуюсь компьютером. Мне больше интересна работа с пластикой.

Александр Сигутин 

- Какой проект вы бы хотели осуществить, но пока еще этого не сделали?

- В принципе, есть у меня такая идея. Мечта. Создать в Москве такое небольшое камерное пространство, где можно было бы выставлять молодых художников из Ростова и других городов. Без лишних понтов и шумихи. Такая площадка для живого эксперимента, где можно было бы совершить какую-то ошибку, и ничего страшного бы не было. Чтобы художники не боялись совершать эти ошибки. Без них нет никакого движения вперед.